1
НА ЛИНИИ ОГНЯ
Немцев ждали со стороны Крыма. И вот теперь они наступали со стороны Ростова. 14 августа соединениям 5-го армейского корпуса генерал-лейтенанта Ветцеля в составе восьми девизий удалось в четырёх местах преодолеть реку Кубань и развернуть наступление в сторону Абинской. Противник двигался по шоссе Краснодар - Новороссийск большими колонами мотопехоты и танков, впереди летели эскадрильи самолётов, бомбили и обстреливали из пушек и пулемётов всё живое. 15 августа противник продолжает успешное наступление в сторону Абинской, практически не встречая никакого сопротивления. Скорость его движения определяют только возможности технических средств. Между 47-й и соседней с ней 56-й армией, от Азовской до Абинской протяжённостью около 40 километров, образовался разрыв, который не был прикрыт советскими войсками. Почему так случилось, ни один официальный источник не сообщает.
 
Ответ на это вопрос пришлось искать очень долго. Картина получилась неожиданная. Оказывается, разрыв был не 40 километров, а как минимум в два раза больше - не менее 80 километров. Это было ошибкой не командующих 47-й и 56-й армий, а более высокого высокого руководства, скорее всего командующего Северо-Кавказским фронтом маршала Будённого. В задачу 56-й армии входило не допустить прорыва противника на Туапсинском направлении. Дивизия отошла по горным дорогам и к 20 августа заняла оборону в районе селений Фанагорийское, Хребтовое, Пятигорское. Её задачей было прикрытие именно этого направления, и дивизия в какой-то мере с этим справилась. В её задачу не входило блокировать дороги Краснодар - Новороссийск, поэтому путь на Новороссийск для немцев оказался свободным. Правда здесь ещё оставалось небольшое подразделение 339-й Ростовской стрелковой дивизии, оторвавшееся от основных сил, но оно, не вступая в бой отошло в горы за станицу Холмскую. Что касается 47-й армии, то её задачей была оборона Таманского полуострова.
В то время как основные силы фашистов мощными колоннами двигались по шоссе Краснодар - Новороссийск, отдельные подразделения их 9-й пехотной дивизии начали предпринимать попытки проникнуть через горы в тылы Новороссийской группировки наших войск. Они осторожно прощупывали местность мелкими разведгруппами и небольшими отрядами. В это время регулярные части нашей армии ещё не успели занять оборону в горах, и здесь основная нагрузка легла на плечи партизан. Они сумели блокировать все тропы и проходы в горах и продержаться до прибытия регулярных воинских частей, которые смогли подойти и занять прочную оборону в горах только в середине сентября. Вечером 17 августа, не встречая никакого сопротивления, немецкие танки и мотопехота вошли в Абинскую. Был оккупирован практически весь Абинский район, кроме станиц Эриванской и Шапсугской. 25 августа партизанские отряды "Тихий" и "Смелый" совместно с бойцами 2-й роты 3-го батальона 665 - го полка 216-й стрелковой дивизии организовали засаду недалеко от Абинской, в Шапсугском ущелье, у Белой скалы. В этом бою гитлеровцы потеряли две танкетки, три автомашины, несколько мотоциклов и до 35 солдат и офицеров. 17 августа немцы вошли в Абинскую. Однако сводки Совинформбюро с подачи командования 47-й армии сообщили иначе."19 августа 9-я и 73-я пехотные девизии противника начали наступление на Северскую и Абинскую. К концу дня им удалось захватить станицы Северскую, Ильскую, Ахтырскую и завязать бои за Абинскую. Все попытки врага овладеть Абинской с ходу были отбиты частями 103-й стрелковой бригады". И дальше: "21 августа на Новороссийском направлении наши войска оставили Абинскую и Крымскую". Вся информация об упорных оборонительных боях за станицу Абинскую в августе 1942 года построена на передёргивании фактов и событий по времени. Все официальные источники. начиная со сводок Совинформбюро и кончая воспоминаниями маршала Гречко, не соответствуют действительности. Справедливости ради следует отметить, что А.А.Гречко, один из самых крупных военачальников тех лет на Кавказе, написавший в своих воспоминаниях страницы, повествующие о боях за станицу Абинскую, в тот момент находился на другом участке фронта. Командующим 47-й армии его назначили 20 сентября 1942 года. Естественно, он не может нести ответственность за просчёты предыдущего командующего, а информацию он брал из официальных источников, которая совершенно не соответствует действительности по времени. Да бои в районе Абинской были очень упорные и жестокие, но начались они ровно через месяц после оставления Абинской, то есть уже в сентябре, когда нашему командованию удалось взять бразды управления в свои руки, удалось наконец обеспечить войска боеприпасами и всем необходимым для боевых действий. Тогда же, в момент оставления Абинской, на участке фронта от Краснодара до Крымской не было ни одной мало-мальски боеспособной воинской части. Что касается 103-й курсантской бригады, которая якобы упорно обороняла станицу Абинскую до 21 августа, то её здесь не было вообще. Из официальных документов и воспоминаний участников событий явствует, что эта бригада формировалась в Тихорецке и по мере укомплектования батальонов личным составом направлялась на передовые позиции. Батальоны №1,2 и 4 ещё в апреле 1942 года были брошены на Тамань, на косу Чушка, для защиты полуострова от десанта немцев из Крыма. К исходу дня 19 августа они были сосредоточены в Крымском районе на рубеже Варениковская, Киевская, Троицкая. Рота курсантов была направлена к Абинской, но у посёлка Мелехово (ныне село Экономическое) с северо-восточной стороны немцы высадили десант. Курсанты заняли оборону в 200 метрах от окраины посёлка. Вскоре их заменили присланным стрелковым батальоном. Потом бригада трое суток держала оборону в районе станицы Верхне-Баканской, попала в окружение, вырвалась из кольца и участвовала в уличных боях за Новороссийск. Другая часть курсантской бригады, а именно 3-й батальон, в июле находилась в Тихорецке. В конце месяца был поднят по тревоге и походной колонной пешим ходом отошёл через Краснодар на Сочи. 19 августа курсанты 3-го батальона в Лазарьевской приняли присягу, затем их перебросили через Сухуми в Баку, где они проходили подготовку. Только в декабре этот батальон был передеслоцирован в район станицы Шапсугской. Нетрудно представить, что собой представляла в то время курсантская бригада. Несколько сотен не обученных курсантов - вчерашних десятиклассников, необстрелянных плохо вооруженных. Да сражались они отлично и самоотверженно, готовы были свои молодые жизни отдать за Родину. Но этого было мало. Слишком враг был силён в то время. Приведённые факты говорят о том, что даже если бы 103-я курсантская держала оборону Абинской, переломить ход событий она бы не смогла. Но установлено совершенно точно, что в середине августа 1942 года в станице Абинской ни одного подразделения курсантской бригады не было. В отношении даты захвата станицы Абинской нет единого мнения. Официальные источники, докладные записки, воспоминания участников событий называют разные числа августа. Сводки Совинформбюро, воспоминания маршала тА.А.Гречко приводят дату 21 августа 1942 года. Председатель Абинского райисполкома А.Ф.Мещеряков в своей докладной сообщает, что немцы вошли в Абинскую 17 августа в два часа дня. Непосредственный участник событий И.И.Ашека в своих воспоминаниях пишет, что немецко - фашисткие захватчики вошли в Абинскую к концу дня 17 августа Анна Мироновна Холодова опубликовала в газете "Восход" страницы из дневника своей сестры, в которых называется дата ? августа - в пять часов вечера в станице появились немцы. Начальник районногоотдела НКВД Г. Печерица пишет другую информацию "К концу дня 16 августа 1942 года в Абинской уже не было ни одного советского солдата. Последними оставили станицу первый секретарь райкома партии М.А.Куприянов, председатель райсполкома Мещеряков Н.Я. Фашисткие танки уже были на базарной площади". Понятно, что начальник райотдела НКВД как никто другой владел информацией о складывающейся ситуации, но и он путается в датах, всё же немцы заняли Абинскую 17 августа, это установлено точно. 6 сентября в районе Холмской советские войска атаковали части 5-го армейского корпуса фашистов и перерезали им пути подвоза. Для востановления положения враг был вынужден ввести в бой румынский моторизованный полк. 12 сентября остальные части 339-й стрелковой дивизии, преодолев горные перевалы, подошли со стороны моря и заняли оборону в горах за станицей Холмской. Подразделения дивизии были сильно потрёпаны ещё в летних боях. К тому же очень растянуты, одна рота обороняла участок до полутора километров по фронту. Бойцов в ротах осталось мало, и на всю роту было 2-3 пулемёта. 1135-й стрелковый полк этой дивизии занял оборону по горам между станицами Холмской и Абинской. Оценив сложность ситуации, командир дивизии полковник Кулаков обратился за помощью к партизанам абинских отрядов. Прекрасно знающие местность партизаны, среди которых было немало охотников и лесников, оказались весьма кстати и больше месяца помогали бойцам 339-й дивизии оборонять высоты Большого Кавказского хребта. 13 сентября ночью десять разведчиков 1135-го стрелкового полка 339-й стрелковой девизии направились в тыл врага для захвата "языка". Засаду устроили на мосту через ручей между станицами Холмской и Абинской. А Во втором часу ночи послышался шум мотоцикла. Когда он въехал на мост мотоциклиста сбили ударом приклада автомата из-за перил. В считанные минуты фашисту скрутили руки и сунули в рот кляп. Утром пленного доставили в штаб полка. Мотоцикл перепрятали на нейтральной полосе. Пленный оказался крепким сутки он не давал показания, а на вторые сутки в них пропала нужда. Ночью прикатили мотоцикл и нашли в багажнике пакеты с сургучными печатями. В них был приказ командира 5-го кавалирийского корпуса командиру 6-й румынской дивизии о наступлении на позиции 1135-го полка. Врагу не удалось застать полк врасплох, наше командование имело возможность не только подготовиться к отражению атаки врага, но и предпренять контрудар. 16 сентября на участке от Эриванской до Шапсугской заняла оборону 216-я стрелковая дивизия генерала-майора Пламеневского. Её задача не допустить прорыва противника к Геленджику. В штабе 47-й армии считали эту дивизию одной из наиболее обеспеченных и боеприпасами, и продовольствием, и личным составом. Однако, по свидетельству самого Пламеневского, у него в дивизии в каждом стрелковом полку в этот момент было по полторы-две сотни активных штыков, а артилерия распологалавсегополовиной боекомплекта. Людей мало, пополнение не поступает, к тому же дивизия до предела измотана, люди устали, с подвозом боеприпасов и продовольствия постоянные перебои. 19 сентября вражеская группа "Новороссийск" начала наступление из района Абинской, через Кабардинский перевал, на Геленджик. На рассвете на участке обороны 216-й стрелковой дивизии, прикрывающей участок от хутора Эриванского до станицы Шапсугской, и на ряде других участков началась интенсивная артиллерийско-миномётная перестрелка. Резко увеличилась активность вражеской авиации. Затем 3-я румынская горнострелковая дивизия перешла в наступление на участке между станицами Шапсугской и Эриванской. Румыны блокировали дороги к этим станицам и вышли к вершине Шизе. Румын поддерживали 9-я и 125-я немецкие пехотные дивизии под командованием генерал-майора Шлейница и генерал-лейтенанта Фрибе. Они хорошо вооружены и в достаточной мере обеспеченны боеприпасами. Имеют танки и самоходные орудия. Личный состав в основном кадровый, но не обладает специальной подготовкой для боевых действий в горах. В связи с этим немецкое командование возлагает особые надежды на румынских горных егерей, которые имеют значительный опыт боёв в горно-лесистой местности и хорошо проявили себя в Крыму. Основная задача корпуса- выйти к морю в районе Геленджика и тем самым отрезать войска 47-й армии от основных сил Черноморской группы. Противник имеет пятикратный перевес. В связи со сложившейся обстановкой командующий 47-й армии принял решение подтянуть в район прорыва противника силы 77-й стрелковой дивизии. 255-й и 83-й бригад морской пехоты, 672-го стрелкового полка, 2-го артдивизиона, 408-й армянской стрелково дивизии, сконцентрировав их в мощный ударный кулак, разгромить вклинившуюся в нашу оборону группировку. Наступление поддержать артиллерией и авиацией Черноморского флота с аэродрома в городе Геленджике. В абинских горах, как и следовало ожидать, сильно растянутые по фронту части 216-й дивизии, несмотря на самоотверженность бойцов и командиров, не смогли выдержать натиска крупных сил врага. Гитлеровцам удалось потеснить ниши передовые подразделения и занять несколько выгодных высот. Наши неоднократные контратаки успеха не принесли. Ожесточенность боёв нарастала. Не считаясь с потерями, враг рвался вперёд, стремясь любой ценой достичь успеха. А в успехе их генералы не сомнивались. Они знали, что противостоящии им части былим ослаблены в предыдущих боях и к тому же растянуты на значительном фыронте. А 3-я румынская дивизия была горнострелковой не только по названию но и по существу своей боевой подготовки. Её солдаты были хорошо обучены ориентироваться и маскироваться в горной, резко пересечённой местности быстро передвигаться, используя ущелья и склоны гор, действовать небольшими группами, проникать в наши тылы. Вечером 20 сентября румыны из 3-й горно-стрелковой дивизии, перейдя реку Абин со стороны горы Гнилой, ворвались на северную и и восточную окраины станицы Шапсугской. Начались грабежи. В основном ловили гусей, кур, поросят, но с наступлением темноты остаться в станице румыны не решились и отошли, поставив заслоны по правому борту реки Абин на вершине горы Гнилой. К концу дня 77-я стрелковая девизия выходит на позиции в район станицы Эриванской, где занимает оборону на высотах севернее станицы, имея перед собой два полка пехоты с танками 3-й румынской горно-стрелковой дивизии. 21 сентября в районе Абинской подразделения 3-й румынской горно-стрелковой дивизии потеснили части 216-й стрелковой дивизии, вклинились в нашу оборону до 6-ти километров и заняли вершину Шизе, господствующую над нашими тылами. По приказу командования 47-й армии 77-я стрелковая дивизия перешла в наступление в направлении хутора Эриванского. Рано утром находившаяся на отдыхе в посёлке Кабардинка 255-я бригада морской пехоты получила боевой приказ и походным маршем направилась через Кабардинский перевал к станице Шапсугской. В пути следования 14-й 322-й батальоны подверглись бомбёжке. Дважды штурмовали колону самолёты противника, но моряки, хорошо укрывшись в лесу правее дороги, потерь не понесли. К 17 часам 322-й батальон прибыл к южной окраине станицы Шапсугской. Её, как петлёй, охватывала река Абин. На восточной окраине станицы, за рекой, горел лес, на улицах и во дворах рвались артиллерийские снаряды. Утром противник бомбил станицу, а теперь вёл методический обстрел одиночными выстрелами. На северной окраине станицы, у взорваного бетоного моста, держали оборону солдаты 216-й стрелковой дивизии. В этом направлении против нас вела боевые действия дивизия румынских горных стрелков. На участке от Абинской до Шапсугской им удалось потеснить наши войска и овладеть рядом высот вдоль реки Абин. Жители станицы прятались в подвалах домов, в погребах, а часть из них после грабительского навлёта румынских мародёров ушла в лесистое предгорье. Вечером, когда уже стемнело, рота Миловатского прошла через станицу, вышла на её сквкрную окраину, приняла боевой порядок и остановилась. Вперёд ушёл взвод разведки. У основания высоты 282,0 в северо-восточной части хребта Грузинка разведчикиначали переходить реку. В этот момент фашисты их обнаружили и обстреляли из пулемётов. Разведчики отошли, но задачу выполнили. Стычка показала, где развёрнута на обрывистом берегу оборона противника и где расположены его огневые точки. В 23.30, когда фашисты успокоились после стычки с нашими разведчиками, рота Миловатского скрытно перешла реку, по кустарникам и лесу вплотную приблизились к обороне врага. Удар был нанесён с тыла и оказался неожиданным. Противника застали врасплох, он был ошеломлен внезапным ударом и в панике побежал, бросая оружие, боеприпасы, снаряжение. Бой длился недолго. Было захвачено шесть тияжёлых пулемётов, около десятка лёгких, более двух десятков автоматов и много винтовок, гранат, патронов и личного имущества. В этом бою моряки потерь не имели. 22 сентября на рассвете для поддержки роты Миловатского прибыла пулемётная рота. Связисты установили связь со штабом батальона. Позвонил комбат Шитов, поблагодарил за успех ночного боя и отдал приказ продвигаться дальше, вдоль реки Абин на север к станице Абинской. Когда совсем рассвело, командир роты Миловатский с тремя матросами вышли на разведку вдоль реки. Им удалось захватить в плен двух румынских егерей. Старшина Швец повёл пленных в штаб батальона в Шапсугскую, а рота матросов и пулемётчиков двинулась дальше вдоль реки по дороге, ведущей к станице Абинской, и заняли позицию возле мостика через ручей в щели Памятная. Здесь завязался бой с двумя ротами противника. Враг, понеся значительные потери, убедился, что моряки стоят крепко, и прекратили атаки. Было около 10 часов утра. Тишина стояла недолго, в 11 противник начал артобстрел. Когда артиллерийская обработка наших позиций прекратилась, за рекой послышались вражеские команды и переговоры по рации. Стало ясно, что противник накапливает силы для новой атаки. Миловатский по телефону доложил в штаб о скоплении противника за рекой Абин. Вскоре прибыл лейтенант-корректировщик и пояснил, что принято решение нанести по скоплению противника залп "катюш". Поступил приказ роте скрытно отойти. Не успели моряки отойти метров 200-300, как над ними огненным шквалом полетели ракеты на врага. Удар был мощным и точным. За рекой горел лес, кустарники и трава. Моряки вернулись на свои позиции и вскоре получили команду идти вперёд. Воодушивлённые мощной огневой поддержкой, они смело ринулись в атаку. Начальник генерального штаба сухопутных войск Германии генерал-полковник Гельдер в военном дневнике 22 сентября записал: "Западная группа 17-й армии не смогла удержать горное плато южнее Абинской. Причина-сильные контратаки противника, всё время вводящего свежие силы, поддерживаемые мощным огнём миномётов, "катюш" и артилерии. Бойцы Ростовского сьтрелкового полка народного ополчения получили приказ командующего 56-й армией и вечером начали движение от побережья Чёрного моря в сторону станицы Холмской в район Старого лепрозория (ныне селение Сосновая роща, за посёлком Новым). 83 бригада морской пехоты закончила в основном формирование из Фальшивого Геленджика (ныне посёлок Дивноморский) начала движение походным маршем в район станицы Шапсугской, в направлении станицы Абинской с задачей занять исходное положение для наступления. 671-й стрелковый полк 408-й армянской стрелковой дивизии занял боевой рубеж под станицей Шапсугской. На вершине Шизе противник установил миномёты и крупнокалиберные пулемёты и начал интенсивный обстрел станицы Эриванской и дороги на станицу Шапсугскую. Днём они открывали огонь по каждому человеку, появившемуся на улице, а ночью вели обстрел по площади. Станица горела в нескольких местах. Положение создалось нетерпимое. В это время в Эриванской находился штаб 216-й стрелковой дивизии, работать нормально в такой обстановке он не мог, враг сковывал передвижение наших частей. Было принято решение сбросить противника с вершины. Для этой цели привлекались моряки и бойцы 216-й дивизии. Вести штурмовую группу было поручено партизанам Абинского отряда. Специально созданная штурмовая группа с наступлением темноты начала выдвигаться к вершине Шизе. Прекрасно знающие местность партизаны-охотники вели группу обходным путём. Намеченный план боевой операции был успешно выполнен. Находившийся на горе враг был окружён и ударом с тыла полностью уничтожен. К утру 25 сентября на вершине был организован наблюдательный пункт и оставлен небольшой гарнизон. 24 сентября на юго-западную окраину хутора Эриванского был выдвинут 672-й стрелковый полк и 2-й артдивизион армянской дивизии. Этот посёлок уже несколько раз переходил из рук в руки, но удержать его нашим частям не удавалось. К вечеру, после однодневного отдыха, Ростовский полк народного ополчения был введён в бой с вражескими войсками, захватившими накануне высоту в районе Лепрозория. Идти в атаку пришлось в ночное время по незнакомой местности. Командир полка сам повёл ополченцев на штурм. Решительной атакой удалось выбить гитлеровцев и захватить более 40 пленных, несколько ручных пулемётов, много винтовок, автоматов, патронов, обмундирования. На высоте бойцы обнаружили термосы с борщом и фляги с вином, отобранным у населения. Застигнутые врасплох фашисты не успели поужинать. Надо было использовать замешательство противника и развивать атаку на вражеские позиции. Сбив врага с соседних высот, ополченцы заняли ещё более выгодные позиции. В этом скоротечном бою отличились бойцы и командиры. За счёт захваченного у врага оружия и боеприпасов была усилена огневая мощь полка. Кстати пришлось и трофейное тёплое обмундирование.

часть 1  часть 2  часть 3