ГЛАВА III

1909 г. Кияшко Иван Иванович.
2-й Таманский, Адагумский и Абинский конные полки Кубанского казачьего войска.
(Исторический очерк)

 

С первых же дней своего прибытия, жители деятельно принялись за постройку своих домов; уже к 1-му июня строительный материал был почти заготовлен и у большинства уже были собраны дома, усадьбы были огорожены плетнем и жители приступили к заготовлению на зиму сена с тем, чтобы после окончания покоса и уборки сена на свободе приступить к окончанию своих домов и прочих хозяйственных служб. Здоровье переселенцев находилось все время в превосходном состоянии.

В это же время войска Адагумского отряда после кратковременного отдыха, данного им в первой половине апреля, снова приступили к работам. К 1-му июня ими был устроен пост на р. Шипсе, разработана дорога от ст. Натухайской к Раевской и проложена новая от этой последней, через верховья р. Шипс, к устью р. Сукко; кроме того, были исправлены старые дороги в Натухайском крае. В начале июня был собран в укр. Крымском отряд, в составе: 8 бат. пехоты, 6 пеших и 6 конных орудий и 10 эскадр. и сотен кавалерии. Отряд этот должен был приготовить часть Шапсугского края для водворения в будущем году нового казачьего полка, началом которого должна была служить новая станица, предположенная к постройке на р. Хабле. Для осмотра края и отдаления неприязненного нам населения от р. Хабля и сообщений ее с Абинским укрепленным лагерем 6-го июня были предприняты наступательные действия на р. Антхы р четырьмя колоннами.

Действия отряда были очень удачны и наделали в горах много шуму; несколько аулов было сожжено, причем уничтожены были в них и все найденные запасы продовольствия. Затем от многих шапсугских обществ явились депутации с выражением покорности и желания, по воле правительства, выселиться из гор на те места, которые будут им указаны для нового поселения. С 14-го июня войска приступили к постройке новой станицы на р. Хабле и расчистке окружающей станицу местности. Небольшие партии горцев почти ежедневно тревожили работавшие на постройке войска, впрочем, не нанося им почти никакого вреда.

Между тем на Адагумской линии горцы снова возобновили свои действия и произвели целый ряд нападений на передовые линии. Так, 10-го июня партия хищников напала на разъезд казаков близ ст. Неберджайской, но прибывшими на помощь резервами из станицы была рассеяна, при этом был убит один казак. Вследствие полученных от лазутчиков известии о сборе шапсугов и убыхов для нападения на передовые станицы Адагумского полка, 21-го июня из отряда на р. Хабль были посланы две колонны под начальством полковников Головинского и Фадеева для уничтожения хлеба и жилищ на рр. Иле и Азипсу. Быстрое движение этих колонн и успешное истребление полковником Фадеевым аулов по ущелью р. Иль, где войска получили хорошую добычу и захватили 730 шт. баранов, заставило горцев, бывших в сборе, после неудачного нападения на жителей ст. Неберджайской, бывших на полевых работах, поспешно возвратиться к своим жилищам.

22-го июня горцы, в числе до 3-х тысяч пеших и конных с разных сторон напали на жителей ст. Неберджайской, производивших сенокос, и на прикрытие при них, но, благодаря быстрыми решительным распоряжениям помощника начальника Натухаиского округа полковника Крыжановского и полк. Крюкова, нападение это не имело успеха, и горцы были отбиты. При отступлении неприятель оставил на месте двух убитых и 11 лошадей. Во время дела казаки несколько раз бросались в шашки, но были принуждены удерживать смелые нападения горцев, спешившись. Дело продолжалось на всех пунктах около 3-х часов. Мы со своей стороны потеряли: двух убитых, двух раненных и двух взятых в плен казаков; убито также 16 лошадей и 3 ранено.

Затем, 1-го июля, неизвестные хищники ранили одного казака ст. Новороссийсков на дороге от п. Цемесского к этой станице, и 8-го июля захватили в плен малолетнюю дочь казака ст. Раевсков, на дороге из этой последней к ст. Анапской. Все эти усилившиеся за последнее время происшествия на Адагумской линии, а также частое появление в наших пределах больших неприятельских скопищ, являвшихся уже не с одного целью мелкого хищничества, но с явным намерением, судя по их действиям, разорить и уничтожить вновь возникающие наши поселения в Натухайском крае, обратили на себя особенное внимание графа Евдокимова и он снова строго подтвердил, чтобы были употреблены все средства к обеспечению жителей новых станиц, дабы они не подвергались всевозможным гибельным случайностям войны.

Граф Евдокимов требовал также от воинских и станичных начальников, чтобы ими было обращено особенное внимание на хорошие состояния станичных редюитов в оборонительном отношении, так как редюит есть последнее убежище не только для жителей станиц, но и для гарнизонов, в случае крайней опасности, когда станичная ограда не будет в состоянии держаться против неприятеля. Затем, чтобы все жители станиц, способные носить оружие, собирались бы по первой тревоге на заранее назначенные сборные пункты для защиты своей станицы. Необходимо также, чтобы они заблаговременно были рассчитаны для обороны тех фасов станицы, которые по своему местному расположению были более подвержены неприятельскому нападению.

Помимо этого, с приближением большой неприятельской партии к станице, необходимо тотчас же, не вникая в намерения неприятеля, все семейства жителей станицы собирать в станичный редюит; самый редюит должен быть под защитой части от войск гарнизона, назначенной исключительно только для его защиты; этим оборона редюита должна быть поставлена вне всяких случайностей. Кроме того, рекомендовался еще целый ряд мелких предосторожностей от внезапных нападений.

Горцы, убеждаясь постепенно из действий наших, что никаких уступок им не будет оказано и что уже больше нельзя нас обманывать так, как они раньше обманывали, в продолжении многих десятков лет, понемногу начали собираться с силами и быстро перешли от пассивной обороны к активной, причем открыли против нас целый ряд покушений и даже открытых нападений на наши недавно устроенные станицы, не теряя надежды этим заставить нас отказаться от своих дальнейших планов. Борьба эта была, так сказать, последними конвульсиями предсмертной агонии. Подобно тяжело раненному хищному зверю, который прежде чем умереть все еще может наделать много вреда окружающим, неосторожно приблизившимся к нему, таки горские племена, стесняемые постепенно и отовсюду нашими войсками, готовы были на все, чтобы как можно дороже продать свои былые вольности. Они предприняли целый ряд мелких и крупных нападений на наши передовые линии, но все напрасно - последние минуты их вольного существования уже были сочтены. Они должны были неминуемо или безусловно покориться, или же окончательно погибнуть всем до единого.

Тем не менее, горцы усилили свои дерзкие нападения. Так, 19-го августа, вблизи Липовского поста (в Неберджайском ущелье) во время водопоя лошадей, партия до 100 человек шапсуг, скрывавшихся в близком расстоянии от того места, в лесистом ущелье, бросилась на казаков, отрезав им отступление. Казаки, видя себя окруженными, начали перестрелку, во время которой трое из них, пробившись, поскакали в станицу Неберджайскую дать знать об этом нападении, а остальные, занявши глубокий овраг, перестреливались с горцами до тех пор, пока последние, завидя скачущий от ст. Неберджайской резерв, быстро скрылись в чащу леса, взяв при этом в плен одного казака и пять лошадей; кроме того, у нас еще была убита одна и ранено две лошади.

22-го августа партия горцев напала на команду казаков 2-го конного полка, следовавшую от форта Баканского в ст. Неберджайскую, причем был убит один казак и захвачено его оружие и один артельный бык; затем горцы, заметя скачущие резервы станицы Неберджайской и от форта, скрылись в лес, оставив на месте одну убитую лошадь.
25-го августа один казак Адагумского полка, отправившийся утром из ст. Новороссийской с подводою в лес за дровами, взят там шапсугами в плен. Частое появление партий шапсугов со стороны Адерби и низовьев р. Адогоафа на Адагумской линии заставило нас послать небольшой отряд под начальством Крымского пехотного полка майора Шереметова для истребления кошей, устроенных горцами по южному склону хребта Маркотх, выше бывшего укр. Кабардинского, где партии горцев имели постоянный сборный пункт. Поручение было исполнено успешно, и кошм были уничтожены без всякой потери с нашей стороны.

В первых числах сентября горцы, собравшись на этот раз в числе около 3000 человек, прошли по долине р. Адогоафа на Адагумскую линию и готовились, миновав Неберджайское ущелье, напасть на ст. Верхне-Баканскую, но, будучи обнаружены Липовским постом и опасаясь, по сигнальным выстрелам из орудия, сбора наших резервов, они всеми силами обрушились на бедный Липовский пост, гарнизон которого состоял всего из 35-ти казаков 6-го пешего батальона, под начальством сотника Горбатко*. 
Видя неминуемую опасность, казаки из единственного орудия, стоявшего посреди поста на тумбе, сделали выстрел, после которого орудие слетело вниз. Устанавливать орудие больше уже не было времени, так как горцы окружили пост со всех сторон. Тогда гарнизон решился защищаться и, если будет нужно, то дорого продать свою жизнь.

Уже более часа прошло, как казаки мужественно отбивали атаки горцев, причем почти половина защитников поста была уже перебита, но, не видя ниоткуда помощи и заметив решительное намерение горцев, собиравшихся уже на плетне, овладеть постом, оставшиеся в живых храбрые защитники зажгли ящик, в котором хранились заряды к орудию и сами вошли в землянку, решившись лучше всем до единого пасть, нежели отдаться в руки врагов. После взрыва ящика с зарядами, горцы устремились внутрь поста, но там, кроме убитых, никого не было видно; тогда горцы бросились к землянке, но встреченные выстрелами в упор и, потеряв несколько человек убитыми и ранеными, должны были отступить. Еще полчаса горсть храбрецов мужественно отбивала яростные атаки горцев, пока, наконец, последние, ожесточенные упорным сопротивлением и, не видя возможности принудить их к сдаче, обложили землянку сеном и сожгли ее вместе с засевшими в ней храбрецами.

Так доблестно погиб весь гарнизон до единого человека и вместе сними погибла также жена сотника Горбатко, за день перед этим приехавшая к мужу погостить. Горцы впоследствии рассказывали про эту мужественную женщину, что, когда казаки засели в землянку, она, невзирая на их просьбы, отказалась идти с ними и встретила горцев, стоя с ружьем над трупом ее убитого мужа. В то время, как они ворвались в середину поста, она выстрелом из ружья убила одного горца, затем, бросившись в толпу врагов, заколола штыком другого; наконец, была изрублена шашками и кинжалами. Так славно закончила свои дни доблестная дочь неустрашимых казаков Кубанского войска, отомстив врагам за смерть своего мужа.

Потери, понесенные горцами в этом деле, настолько повлияли на них, что после сожжения землянки они, собравши своих убитых и раненых, часов в восемь утра возвратились обратно в горы, не достигнув своей цели. Резервы наши прискакали слишком поздно и застали только дымящиеся остатки поста и тела павших доблестных его защитников. Сами горцы удивлялись отчаянной храбрости и мужеству небольшой горсти защитников этого поста. По уверениям лазутчиков, потери горцев в этом деле простирались до 200 человек убитыми и ранеными, в том числе более 20 человек из хороших фамилий. Этот последний случай, в связи с другими покушениями неприятеля, происходившими чуть не ежедневно на передовых линиях, приводил к весьма вероятному предположению, что горцы замышляют в недалеком будущем предпринять что-нибудь посерьезнее, тем более, что горцы постоянно держали в сборе значительное свое скопище, время от времени испытывая свое счастье.

Ввиду этого генерал Бабыч отправил особую колонну из 5-ти рот пехоты, 1 эск. драгун и 2 конных орудия на р. Неберджай, к выходу из Баканского ущелья. Отряд этот, под начальством подполковника Маняти, назначался для составления резерва Адагумской кордонной линии, угрожаемой в последнее время сборами сильных партий шапсуг, абадзехов и убыхов, имеющих намерение, по словам лазутчиков, сделать решительное нападение на одну из наших передовых станиц. В сентябре войсками отряда были окончены постройкою пост на р. Кубани, против Ново-Екатерининского поста, и пост на р. Пшецызе; затем также улучшена дорога от р. Кубани к станице на р. Хабль, для чего было устроено несколько гатей через балки и прорублены просеки через перелески. Кроме того, все вновь выстроенные станицы и посты между ними в районе Адагумского полка по приказанию командующего войсками в Кубанской области были вооружены 52-мя орудиями, взятыми из укреплений Анапы, Крымского, Неберджайского, Варениковского и Константиновского.

Глава I    Глава II    Глава III    Глава IV   Глава V    Глава VI    Глава VII    Глава VIII    Глава IX    Глава X